logo
logo
Войти на сайт
Регистрация на сайте
Укажите ваши данные для регистрации

Долгая дорога домой

РЖД помогли вернуться на родину мигрантам из Узбекистана, застрявшим из-за пандемии в России

На минувшей неделе РЖД совместно с узбекскими железнодорожниками отправили три спецпоезда прямого безостановочного сообщения из Кинеля и Бузулука до Ташкента. Вернуться к себе домой смогли более 2,1 тыс. человек, застрявших в России из-за эпидемии.

Приключения иностранцев в России
 
Мигрантов, которым не хватило места в поездах, вернули в палаточный лагерь
Мигранты по возможности старались соблюдать социальную дистанцию
Соблюдение порядка в поездах обеспечивали проводники, сотрудники транспортной полиции и национальной гвардии Узбекистана
Карантинные мероприятия изменили привычный уклад жизни. Уроженцы среднеазиатских республик, которые трудились в ресторанах, работали на стройках, продавали фрукты на рынках, в одночасье остались без работы. Дорога домой оказалась для них не только сложной, но и невозможной. Они не ожидали, что границы закроют, а стабильный, как пиала чая по утрам, поезд Москва – Ташкент отменят в один момент.

В результате пытавшиеся выехать в Узбекистан мигранты стали обживать просторные поля Большечерниговского и Бузулукского районов Самарской и Оренбургской областей, граничащих с Казахстаном. Поначалу хватало места на парковке придорожных кафе.

Количество вынужденных переселенцев, покинувших свои арендованные квартиры в России, за которые вдруг нечем стало платить, увеличивалось у границ с Казахстаном каждый день. Ситуация грозила перерасти в гуманитарную катастрофу.

Правительства областей организовали установку палаточных лагерей. Создали в них элементарные санитарные удобства. Организовали подвоз воды, питание и медицинский контроль. Предложили переселенцам работу на расположенных поблизости стройках, теплицах, животноводческих хозяйствах.

Однако предложенная помощь не нашла отклика. Не все мигранты селились в палатки, рассчитывая, что такая жизнь затянется ненадолго.

Многие натягивали полиэтиленовую плёнку между своих автомобилей, спали на деревянных досках, прикрытых коврами. Здесь же разводили костры, пренебрегая элементарными мерами безопасности. О соблюдении социальной дистанции не могло быть и речи.

Работать в сельском хозяйстве не согласился почти никто, люди просто жили в ожидании скорейшего открытия границ.

При содействии узбекской стороны был организован транспортный коридор, по которому только из Большечерниговского района в течение мая и июня на автобусах страну покинули около 1,6 тыс. человек.

Представители узбекской диаспоры объявили, что это была разовая акция и ехать к границе не стоит. Но молва о людях, успешно вернувшихся домой, разнеслась по всей России. В сети появились предложения доставить клиентов к границе и даже помочь пересечь её.

В результате поток мигрантов хлынул к пограничному переходу с новой силой. А Казахстан тем временем усилил меры противоэпидемической безопасности и закрыл свои границы.


Решение найдено

Губернатор Самарской области Дмитрий Азаров 8 июля встретился с чрезвычайным и полномочным послом Республики Узбекистан в России Ботиржоном Асадовым. Речь на встрече шла о несчастных людях, томящихся под жарким летним солнцем в поле и ожидающих развязки проблемного узла.

Было принято решение вывозить людей прямыми железнодорожными спецпоездами, следующими в конечный пункт без остановок на промежуточных станциях.

Поезд даёт больше возможности для самоизоляции людей, да и никакое другое транспортное средство не переместит разом 700 человек, следующих из точки А в точку Б.

Три поезда по 16 вагонов в каждом предоставила узбекская сторона. Российская сторона взяла на себя заботы по организованной доставке автобусами пассажиров из палаточных городков к железнодорожным станциям, а также оперативную продажу билетов с соблюдением всех норм безопасности.

Два поезда поочерёдно должны были отправиться в дневное время со станции Кинель 15 и 16 июля. Ещё один поезд – 16 июля со станции Бузулук.

Отправлять поезда из Кинеля, а не из Самары было решено, чтобы не перегружать и без того заполненный пассажирами самарский вокзал.

Поезда, прибывшие на внеклассную сортировочную станцию накануне, без проблем разместили на отстойных путях в парке станции.

Рано утром 15 июля привокзальную площадь Кинеля зачистили от стоявших здесь постоянно машин такси.

Площадку, примыкающую к пешеходному мосту через железную дорогу, огородили металлическим забором. Внутри периметра установили два биотуалета.

На вопросы местных жителей о назначении данных сооружений проводившие работы коммунальщики отшучивались: «Будет восточная ярмарка». И только когда на площади показались машины с ОМОНом, стало понятно, что грядёт серьёзное мероприятие.

15 июля в 14.44 по московскому времени из Кинеля ушёл первый поезд на Ташкент. Организаторы предусмотрели, чтобы в первую очередь смогли уехать пожилые люди, женщины и дети.


В режиме повышенной готовности

Корреспондент «Гудка» приехал в Кинель 16 июля. Глядя на всё происходящее движение с высоты пешеходного моста, людская суета воспринималась скорее как праздник.
«Зачем так много полиции?» – спросил я сотрудника силовых структур. Как оказалось, желающих уехать намного больше, чем мест в поездах.

И пассажиры это знали. При погрузке в автобусы в палаточных лагерях были потасовки. Многие, несмотря ни на что, добирались своим ходом и всеми правдами и неправдами прорывались к кассам.

На ближайшем пути к вокзалу стоял пассажирский состав, раскрашенный в национальные цвета Узбекистана: лазурный, белый, зелёный.

Автобусы с мигрантами начали прибывать на привокзальную площадь Кинеля к 10 часам утра. Прибывших высадили на ограждённой территории и поочерёдно, группами по 50 человек, в сопровождении ОМОНа доставляли на перрон. Там, чтобы не создавать толчею в кассовом зале, доверенные лица среднеазиатских гостей, взяв в руки сразу несколько паспортов, отправлялись за билетами.

Железнодорожники тоже подготовились к отправке спецпоездов. Дежурные смены работников вокзала усилили прибывшими на подкрепление сотрудниками Куйбышевского железнодорожного агентства и Куйбышевской региональной дирекции железнодорожных вокзалов.

В дополнение к работающей в обычные дни одной кассе по продаже билетов дальнего следования в режим продажи билетов перевели две пригородне кассы и справочное окно.
«Сегодня для нас необычный по наплыву пассажиров день, – говорит начальник вокзала Кинель Максим Варламов. – Но мы готовы. Да это и полезно, поскольку такие события позволяют нам держаться в тонусе».

К приезду необычного контингента здесь подготовились. Открыли все окна в кассовом зале, чтобы сквозняк не давал концентрироваться инфекции в помещении.

Обеспечили бесперебойную работу санитайзеров. Открыли два дополнительных туалета. Подогнали на перрон машину с питьевой водой. Сотрудники вокзала помогали гостям пользоваться банкоматами и заряжать телефоны.


«Поезд из СССР»

О том, что в Кинеле сегодня гости из Средней Азии, можно было судить по редким вскрикиваниям фронт-персонала вокзала: «Ну куда вы, мужчина, в женский туалет пошли?» Или же возражениям полицейского: «Вы уже третий раз идёте покупать билеты! Спекулянт, что-ли?» Или же реплика кассира: «Мы доллары не принимаем. Все расчёты только в рублях».

Кстати, все пассажиры и персонал отправляемого поезда – мужчины. Из женщин только два медицинских работника – Наиля и Зумруд.

Они стоят рядом с составом. Каждый купивший билет сначала идёт к ним.

Стоящий рядом с ними сотрудник узбекского санэпидемнадзора Ислом измеряет пассажирам температуру безконтактным градусником.

На мой вопрос, есть ли больные, отвечает твёрдо – нет. И тут же на достаточно сносном русском языке начинает объяснять мне, что в конце состава у них есть вагон-обсерватор, в который они могут поместить больных.

Есть вагон-ресторан и вагон для персонала, в котором едут медики, повара, а также следящие за порядком сотрудники транспортной полиции и национальной гвардии.

Медики уверяют, что у них в достаточном количестве есть маски, перчатки и халаты. Все прибывшие из России по приезде будут размещены в специально приготовленных помещениях на двухнедельный карантин.

Иду вдоль поезда, вглядываюсь и понимаю, что поезд старенький, но хорошо покрашен. Кто-то из местных железнодорожников подтверждает, что у нас такие уже не эксплуатируются. То, что состав катается ещё с советских времён, подтверждает и надпись «Ресторан» на русском языке.

Снимаю на фотоаппарат проходящих вдоль поезда одетых в красивую форму песочного цвета представителей национальной гвардии Узбекистана.

Получаю в ответ вопросительное: «Ми звезда?» Звёзды, звёзды – соглашаюсь я с внушительного размера бойцами.

Вообще, отправка мигрантов внешне напоминала спецоперацию силовых структур. На привокзальной площади, мосту, перроне, внутри вокзала и даже в вагонах находились силовики. Работала полиция, ОМОН, ведомственная железнодорожная охрана и сотрудники ФСБ в штатском.

Но слово «просочились» стало самым употребляемым среди них, когда после окончания продажи билетов стало видно, что на вокзале осталось без билетов два десятка человек и около 50 – за оградой на площади.

Это означало, что самостоятельно приехавшие граждане оказались быстрее у касс, чем их законопослушные соотечественники. Впрочем, примерно с таким же итогом закончилась отправка днём ранее.

Желание уехать на родину у некоторых было настолько велико, что они даже оставили свои вещи. Сразу после отправления поезда оставшиеся мигранты взяли свой багаж и пошли назад к автобусам.

На платформе остались сиротливо лежать огромные баулы. К ним сразу же подошла полицейский кинолог с овчаркой.

Опасности не обнаружили. Мигранты забрали бесхозные вещи только тогда, когда это потребовали сделать полицейские. В тот вечер четыре автобуса ПАЗ с мигрантами вернулись назад в палаточный лагерь.

Всего по итогам операции на трёх спецпоездах покинули страну более 2,1 тыс. трудовых мигрантов. Социальную напряжённость в этом вопросе удалось снять частично.

На момент написания материала в Большечерниговском районе, на границе с Казахстаном, находились ещё около 500 несостоявшихся работников.

Дальнейшая их судьба зависит от того, откроют ли границы в ближайшее время. Или представителям властей вновь придётся садиться за стол переговоров и решать эту проблему.